Украинский народ исторически обладает мощным экспансивным потенциалом, который столетиями использовался соседними империями для защиты и расширения своих границ. Однако сегодня перед Украиной стоит задача научиться направлять эту неудержимую энергию не на внутренние распри, а на собственную геополитическую и технологическую экспансию.
Об этом говорили политический психолог Всеволод Зеленин и политолог Юрий Романенко.
Анализируя историческую роль украинцев, политический психолог обратил внимание на присвоение соседними государствами казацкого наследия. По его словам, российская историография часто оперирует понятиями, которые ей исторически не присущи, пытаясь присвоить достижения украинцев.
"Мы должны не забывать, опять же, вот хочу тебя как историка спросить. Ну вот когда мне говорят в учебниках истории, в частности даже российских, что Сибирь захватил казак Ермак. Казак. Откуда в Московии могут взяться казаки? Почему казаки были у них? Откуда? Их там не было как класса. Потому что кубанские казаки – это точно наши. Серый Клин – это тоже точно наши", – заметил Зеленин.
В свою очередь Юрий Романенко объяснил, что империи того времени действительно создавали собственные аналоги служилых людей для защиты границ из-за тотального дефицита человеческого ресурса. Именно этот фактор вызвал жесткое закрепощение и стимулировал миграцию населения на новые, неосвоенные земли.
"Это были служилые люди, которые сбивались в ватаги и решали задачи охраны периферии. Это были не только казаки, и были они не только в Украине. У них были свои казаки. Потому что смотри, что такое, допустим, Слобожанщина – от слова слобода, да? Что делал московский царь в условиях нехватки людей? На всем этом пространстве была ключевая проблема – в 15-м, 16-м, 17-м веках это нехватка людей. Почему крепостное право усилилось там в тот момент, когда в Европе оно везде уже начало откатываться? А в 17-м веке происходило закрепощение, и в 18-м веке происходило закрепощение в Украине. Людей не хватало, люди были нужны, потому что сельское хозяйство – основа экономики. И поэтому необходимо было их каким-то образом удерживать. Были созданы нормы и институты, которые занимались удержанием людей. Так вот, Слобожанщина наша была периферией Московского царства, то есть она была на периферии Дикого поля, Речи Посполитой и Московского царства. Современная Харьковская область, Белгородская область, часть Сумской области – они же были под Московским царством. И царь для того, чтобы защитить периферию в условиях, когда не хватало людей, начал привлекать, переманивать людей. Кстати, поляки тоже это делали. И вообще, все этим занимались тогда. В Юго-Восточной Европе мы найдем то же самое. И турки этим занимались. В условиях этих постоянных казацких войн в Украине, в "польской Украине", как они тогда называли, часть населения начала просто бежать на восток, потому что это казалось выходом. И это реально было выходом. Так появился Харьков и всё остальное. Но у них были свои казаки, которые охраняли эту периферию на востоке, на юге. Там же тоже были татары, астраханские и все прочие", – рассказал политолог.
Несмотря на процессы ассимиляции, украинские переселенцы столетиями сохраняли свою идентичность на огромных просторах Евразии. Всеволод Зеленин напомнил о мощных очагах украинской культуры далеко за пределами современного государства, которые существовали еще совсем недавно.
"Я точно знаю, что Серый Клин, я даже диссертации читал, – это прямо анклавы украинской культуры. То есть там и традиции, и всё. Вот на Южном Урале территория – ну треть Украины там с украинскими… сейчас не знаю, насколько они русифицировались за последние годы, когда украинский язык просто под запрет попадал. На Кубань я еще в 90-е и 2000-е годы приезжал, там 80% – украинская речь", – отметил психолог.
Комментируя это, Романенко добавил, что перемещение украинцев на эти территории было частью глобальных имперских стратегий, где украинский военный потенциал выступал универсальным инструментом охраны для разных государств.
"Это понятно. На Кубань вообще украинцы переселялись осознанно, опять-таки, для того, чтобы защищать границу. Потому что происходило расширение, в 18-м веке идет экспансия России туда дальше на юг, выход к Северному Причерноморью и в Центральную Азию. Нужны были люди. А сама Украина после того, как произошли разделы Речи Посполитой и была разбита Турция в Северном Причерноморье, архитектура казачества сложилась как охранников периферии для всех: и для поляков, и для московитов, и для турок. Потому что не случайно же из Сечи уходили туда к туркам. Для чего? С той же задачей. У турок тоже стоял вопрос: где нанять "безумных", которые будут защищать границу. На Дунае были казаки. Так это же по этой причине – потому что просто физически не хватало людей, которые бы закрывали дыры в границе", – подчеркнул эксперт.
В контексте этой выдающейся исторической роли возникает логичный вопрос о способности нации к самостоятельным глобальным действиям без внешнего управления.
"Ну вот, можем ли мы сами быть экспансивными, или только под чьим-то мудрым руководством?" – спросил Зеленин.
Отвечая на вопрос, Юрий Романенко подчеркнул, что украинцы обладают огромным внутренним потенциалом, который критически важно правильно канализировать, чтобы избежать национального саморазрушения и построить сильное государство.
"Так вот, это же вопрос, который я уже в своем тексте давно поставил еще в феврале 2013-го: "Украинцы – стальные челюсти истории". Да, мы реально "стальные челюсти истории", потому что мы очень сильный экспансивный народ. Но когда мы предоставлены сами себе, то мы начинаем сами себя жрать, потому что наша буйная энергия направляется против нас самих на конфликты. А ее нужно всё время направлять на экспансию, на разные формы экспансии: технологическую, организационную, геополитическую, геоэкономическую и так далее", – подытожил политолог.
