Европа снова не оправдала ожиданий Украины.
Как передает "Хвиля", об этом говорится в материале The Telegraph.
Брюссель принял решение, которое спасет Украину от финансового коллапса этой зимой, но одновременно вызывает серьезные вопросы о реальной готовности Европы поддерживать Киев.
Вечером 18 декабря европейские лидеры договорились о выделении Украине около €90 миллиардов через выпуск еврооблигаций. Эти средства позволят государству продолжать выплачивать зарплаты военным и содержать мощную оборону. Однако соглашение об использовании замороженных российских активов для так называемого репарационного кредита так и не удалось достичь.
По словам британского журналиста и историка Оуэна Мэтьюза, еврооблигации на самом деле являются более безопасным инструментом для Украины. Они не создают рисков будущих судебных исков со стороны Москвы и не подрывают европейскую приверженность принципам верховенства права. К тому же, в отличие от сомнительного репарационного механизма, схему с облигациями гораздо проще применять повторно.
Прагматизм побеждает солидарность
Но есть и тревожная часть. Европа снова показала, что для многих ее членов собственные интересы остаются важнее нужд Украины. Это видно из санкционных исключений, которые позволяют Испании, Нидерландам и Бельгии продолжать импорт больших объемов российского сжиженного газа. Австрийский Raiffeisen и итальянский UniCredit до сих пор ведут бизнес в России. Громкие заявления о поддержке Киева слишком часто сопровождаются прагматичными, а порой откровенно эгоистичными решениями.
Премьер-министр Бельгии Барт Де Вевер подвергся критике за блокирование инициатив Еврокомиссии по конфискации активов Центробанка РФ, хранящихся в его стране. Впрочем, его позиция сводилась лишь к требованию коллективных гарантий: если Россия никогда не выплатит репараций и подаст иск о возврате средств, Бельгия не должна остаться один на один с финансовыми последствиями.
Однако слишком многие европейские союзники Украины отказались брать на себя такие риски.
Почему богатая Европа занимает деньги?
Еще больше беспокоит Киев то, что Европа с совокупным ВВП в €17,9 триллиона выбрала путь заимствований на рынке облигаций, а не прямое финансирование из собственных бюджетов.
Многие ведущие европейские политики называют поддержку Украины вопросом экзистенциальной безопасности для всего континента. "Перед нами простой выбор: или деньги сегодня, или кровь завтра. Речь идет не только об Украине – речь идет о Европе", – заявил премьер-министр Польши Дональд Туск.
Если это действительно так, возникает логичный вопрос: почему же Европа готова финансировать войну преимущественно за счет внешних инвесторов? Канцлер Германии Фридрих Мерц настаивал, что использование замороженных российских активов является "единственным возможным вариантом". На самом деле ключевую роль будут играть именно покупатели еврооблигаций.
Проблема заключается в том, что большинство крупных европейских экономик имеют значительные дефициты и критический уровень задолженности – свободных ресурсов для Украины почти не осталось.
Финансовое самоубийство или прагматизм?
Как предупреждал в прошлом месяце президент Франции Эммануэль Макрон, прямая конфискация российских государственных активов могла бы стать финансовым самоубийством для Европы – равноценным "отрезанию ветки", на которой держатся ее собственные финансы. Уход с европейских рынков таких инвесторов, как Китай, Саудовская Аравия или Катар, мог бы вызвать резкий рост процентных ставок и серьезно подорвать доверие к евро.
В этом смысле Европа избежала серьезной опасности, оставив российские резервы нетронутыми. Более того, между представителями Кремля и Белого дома уже обсуждались различные варианты использования активов Центробанка РФ в качестве фонда для послевоенного восстановления Украины. Любое политическое урегулирование этого вопроса было бы невозможным, если бы Европа просто направила эти средства на финансирование войны, отмечает Мэтьюз.
Возможно, ключевой в этой дискуссии стала позиция премьер-министра Италии Джорджи Мелони, которая поставила под сомнение целесообразность расходования российских активов на продолжение боевых действий вместо их использования для восстановления Украины после завершения конфликта.
"Теперь, когда на кону оказались собственные деньги Европы, вполне вероятно, что больше усилий будет направлено на поиск мира, а не на финансирование войны, которую Украина постепенно проигрывает", – резюмирует журналист.
Таким образом, решение о €90 миллиардах – это одновременно и спасение, и тревожный сигнал. Украина получит необходимые средства для продолжения обороны, но цена этого решения – сохранение российских активов и растущие сомнения в готовности Европы идти до конца в поддержке Киева.
Ранее сообщалось, что Британия слила план с российскими миллиардами.
