Ажиотажа и информационно-политического шума вокруг процесса смены Правительства гораздо больше, чем реального политического значения этого события. Тем не менее, вопросов у журналистов относительно смены Правительства много. И что интересно, некоторые из этих вопросов дают возможность довольно точно проявить парадоксальность нынешних правительственных изменений.
Наиболее популярный вопрос – почему замена премьер-министра происходит именно сейчас?
На самом деле, нет никакой прямой, непосредственной причины для замены Премьер-министра. Каких-то значимых претензий к работе Дениса Шмыгаля как главы правительства не было. Именно поэтому он остается в обновленном составе Кабмина на другой ответственной должности. Возможность замены Д.Шмыгаля на Юлию Свириденко обсуждалась еще год назад. Но тогда замена Премьер-министра не состоялась. Некоторые источники говорят, что на тот момент Президент Зеленский считал, что Ю.Свириденко еще не совсем готова к работе на первой позиции в Правительстве.
Что могло изменить мнение Президента в этом вопросе? На мой взгляд, единственный фактор, который мог существенно сработать в пользу Юлии Анатольевны, это ее успешная переговорная работа с администрацией Трампа по ресурсному соглашению, и конструктивная деловая коммуникация с министром финансов США С.Бессентом. А хорошие и эффективные отношения с администрацией Трампа сейчас очень актуальны. Поэтому вопрос о смене Премьера вызревал постепенно, а не был реализован в связи с какой-то срочной возможностью.
Если Шмыгаля снимают с должности Премьер-министра, зачем тогда назначают на ответственную должность министра обороны?
Как я уже отметил, к работе Шмыгаля во главе Правительства не было никаких серьезных претензий. Но поскольку возникла необходимость в замене министра обороны, да еще речь шла о структурном усилении министерства обороны, надо было назначить на эту должность опытного управленца и административного «тяжеловеса», который должен разрулить все управленческие проблемы, имеющиеся в Минобороны, и наладить работу ведомства, которое будет заниматься не только обеспечением потребностей Вооруженных Сил Украины, а также еще и производством оружия. И тот факт, что этим будет заниматься Д.Шмыгаль, означает, что ему доверяют, и на него полагаются. Он воспринимается Офисом Президента как лояльный и надежный командный игрок, а также как неплохой «менеджер-стабилизатор».
Какие политические изменения ожидаются в результате смены правительства?
Смена Правительства произошла не ради политических изменений, а ради тактических кадровых перестановок в руководстве Правительства (замена Премьер-министра и министра обороны). Параллельно произошли некоторые другие кадровые изменения, а также сокращение количества министерств и объединение некоторых министерств, что планировалось еще с 2022 года. И политика правительства и характер его взаимоотношений с офисом Президента не изменятся в результате нынешних правительственных трансформаций.
Если существенных политических изменений не ожидается, зачем тогда меняют Правительство?
Если происходит замена Премьер-министра, то по Конституции старое Правительство уходит в отставку, и формируется новое Правительство. Но сейчас это скорее формальная процедура. В сентябре прошлого года состав Правительства обновился наполовину, а сейчас – примерно на треть. Формально юридически произошла смена Правительства, а по сути это была его определенная кадровая и структурная реконфигурация.
Почему Премьер-министра и отдельных министров меняет Президент, а не парламентское большинство?
Это очень популярная тема, особенно в оппозиционных кругах. При этом вспоминают, что у нас парламентско-президентская республика. На всякий случай напомню, что термины «парламентско-президентская республика», «президентско-парламентская республика» являются сугубо политологическими категориями, и вы не найдете этих терминов в Конституции Украины, или в законе о Кабинете министров Украины.
Гораздо важнее то, что действительно по Конституции Украины «кандидатуру для назначения на должность Премьер-министра Украины вносит Президент Украины по предложению коалиции депутатских фракций в Верховной Раде Украины, сформированной в соответствии со статьей 83 Конституции Украины, или депутатской фракции, в состав которой входит большинство народных депутатов Украины от конституционного состава Верховной Рады Украины.» И поскольку сейчас в роли парламентского большинства выступает пропрезидентская фракция, то она формально и выполняет эту функцию. Подчеркиваю слово «формально». Эта пропрезидентская фракция формировалась узкой командой Президента Зеленского образца 2019 года, зависит от Президента и в основном остается под его контролем.
Некоторые оппозиционные деятели говорят, что сейчас у президентской фракции нет 226 сторонников Президента Зеленского. Но количественный статус парламентского большинства определяется не количеством голосов фракции, или фракций большинства в тех или иных голосованиях, а численностью депутатов во фракции (фракциях) парламентского большинства. Пока что у депутатской фракции «Слуга народа» есть 231 депутат, и с формально-юридической точки зрения за этой фракцией остается статус парламентского большинства. Де-факто пропрезидентское большинство в Верховной Раде Украины также существует, что показало голосование и за нового Премьер-министра, и новый состав Правительства.
Если отвлечься от формально-юридических обстоятельств, то и в условиях, когда в парламенте действует реальная межпартийная коалиция, кандидатура будущего Премьер-министра всегда определялась очень узким кругом политических лидеров. И в этом кругу определяющую, или очень влиятельную роль всегда играл Президент Украины, какой бы ни была его фамилия. А у нас сейчас (с августа 2019 года) де-факто президентская республика, когда Президент Украины контролирует и парламентское большинство и Кабинет министров. Поэтому не стоит удивляться, что именно Президент решает, кто и когда будет главой правительства. Безусловно, на этот процесс существенно влияет и руководитель Офиса Президента – в 2019 году влиял Андрей Богдан, сейчас влияет Андрей Ермак.
Кому такая ситуация не нравится, надо дождаться послевоенных парламентских выборов, после которых мы почти наверняка вернемся к межпартийной коалиции парламентского большинства и коалиционного правительства.
Почему в новом Правительстве почти нет «новых лиц»?
Президент Зеленский экспериментировал с Правительством новых лиц в 2019 году. Уже в феврале-марте 2020 года он выяснил, что этот эксперимент оказался не очень удачным. А в условиях войны точно не до кадровых экспериментов. К тому же, у Президента нет особого кадрового резерва. Да и желающих идти сейчас в состав Правительства не очень много. Очень большая ответственность одновременно с большими рисками и потенциальными проблемами даже после отставки.
Я имею в виду прежде всего статус «политически значимого лица», который сейчас действует пожизненно, предусматривает усиленный контроль (в том числе банковский) за доходами и расходами даже бывших депутатов и высокопоставленных чиновников (в том числе министров) и их прямых родственников. Эта проблема, кстати, может стать актуальной и для будущего депутатского корпуса и для послевоенного правительства.
Читайте также:
- «Три орешка» для Юлии Свириденко
- Кто нашептывает на ухо новому премьеру? Список всех советников Юлии Свириденко (документ)
- Правительство снова возглавила Юлия. Досье на Свириденко
