Спор бывших супругов Бакальчуков вокруг контроля над компанией Wildberries приобретает формы разборок в ближнем окружении Путина.
Кратко напомню, что Татьяна Бакальчук (в девичестве Ким) решив развестись с мужем пошла на реорганизацию своего бизнеса. Была проведена сделка по слиянию с компанией наружной рекламы Russ (подконтрольной Сулейману Керимову). В результате чего было создано новое юрлицо «РВБ», директором которого стал Роберт Мирзаян (директор Russ).
Учитывая масштабы и влияние бизнеса Wildberries, инициатор слияния Сулейман Керимов получал не только формальное разрешение антимонопольных органов но и одобрение Путина. Что логично, учитывая российскую политику «импортозамещения» и желание создать «суверенный интернет». В этой схеме Wildberries рассматривалась и рассматривается как потенциальный конкурент таким площадкам как Amazon, Alibaba. Классическая ситуация в российском бизнесе, когда слияния и поглощения, способные привести к появлению монополиста лично одобряются на уровне президента.
Новые совладельцы бизнеса – не чужие для Кремля. Это структуры Сулеймана Керимова, который, кроме добывающих активов, собственно, рекламного бизнеса, является крупнейшим частным акционером российского государственного банка ВТБ.
Формально сделка выглядит «чистой» – у Татьяны Бакальчук пакет акций в размере 99%, её супруг владеет лишь 1%. Но, последний пытается претендовать на половину капитала, учитывая начавшийся бракоразводный процесс.
При чём здесь Кадыров?
Вот тут начинается самое интересное. Владислав Бакальчук родом из Люберец и развивал свой бизнес в Москве, будучи совладельцем одного из крупнейших интернет-провайдеров российской столицы. А вот его супруга – Татьяна Ким родилась в Грозном. И для Кадырова, который не только монополизировал власть в Чечне, но и претендует на роль «арбитра» в бизнес и других спорах затрагивающих интересы чеченцев и выходцев из Чечни, вмешательство в её бизнес воспринимается как вполне естественный процесс. Тем более, что Татьяна в качестве партнёров выбрала «конкурирующий» бизнес-клан выходцев из Дагестана.
Поэтому визит Романа Бакальчука к Кадырову выглядит так же логичным и вполне естественным. Как и коммуникация сути вопроса «вернуть женщину в семью» и «не дать разрушить семейное дело путём передачи его дагестанцам». Тут Кадыров сыграл на своих подданных прекрасно. За словами должны последовать дела и мы знаем о перестрелке возле офиса Wildberries. Нападавшие были сотрудниками силовых структур Кадырова, а в результате перестрелки были убиты двое охранников (исправление: ингуши, нанятые Russом – читай дагестанским кланом)
Варианты выбора для Кремля
Уже на этом этапе у Кремля возникла ситуация выбора. Отменить сделку по слиянию Wildberries и Russ до окончания бракоразводного процесса Бакальчуков означало бы «отозвать слово Путина» о согласии на передачу контроля над компанией структурам Керимова. И параллельно подтвердить претензии Кадырова на роль «смотрящего» за всем Кавказом, на которую тот заявил претензии после беспорядков в аэропорту Махачкалы. Плохой вариант, поскольку Керимов и его партнёры являются важной группой с точки зрения сохранения управляемости Дагестаном. И вдвойне плохой, поскольку решение о смене функционала Кадырова и выхода последнего (точнее не только его, но, в первую очередь Золотова) на первые роли в силовом блоке пока не принято. Тем более, что на данный момент идёт реорганизация «армейской» составляющей и проходят кадровые чистки в ФСБ. Решение по Кадырову неудачно даже с точки зрения времени – слишком много влияния получит.
Второй вариант – публично поддержать Керимова, осадив Кадырова. Но это будет означать публичное унижение руководителя Чечни. Ведь речь идёт о публично обращении Бакальчука к нему и бизнесе супруги, которая родилась в Грозном. А Кадыров де-факто является «арбитром» по делам связанным с выходцами из Чечни. Подобная пощёчина может пошатнуть негласные договорённости Путина с кланом Кадыровых, достигнутые во время второй чеченской войны.
Поэтому Путин воздержался от прямого вмешательства на начальном этапе конфликта. Тем более, сейчас его функционал меняется с «президента-арбитра» (первого среди равных с точки зрения кремлёвских кланов) на царя, к которому могут лишь обращаться за помощью и защитой, но не требовать самостоятельного вмешательства.
Повышение ставок для Кадырова
Кадыров прекрасно понимает описанные выше расклады. Ведь сейчас речь идёт не о бизнесе Бакальчуков а о его собственном месте в окружении Путина. Перестановки в МО, передел сфер влияния внутри ФСБ, создают уникальные возможности для резкого усиления собственного влияния. В том числе с реализацией идеи получения неформального статуса «смотрящего за Кавказом». Для этого необходимо поднимать ставки и «дожимать» как оппонентов, так и Путина.
Альтернатива – сдать назад для Кадырова крайне опасна. Ведь он таким образом демонстрирует не только поражение в борьбе с другим кавказским кланов, но и неспособность решить дело, напрямую связанное с выходцами из Чечни. То есть это угроза для его положения внутри, как он считает, «своей» республики.
Поэтому Кадыров заявляет о якобы готовившемся покушении, предлагая Керимову и его партнёрам «опровергнуть данные слова». В противном случае якобы будет объявлена кровная месть. Может ли Керимов воспользоваться предложением «опровергнуть слухи»? Однозначно нет, поскольку он тогда предстанет в роли оправдывающегося, реагирующего на претензии «более сильного» оппонента. Что естественно, приведёт к уменьшению авторитета и влияния в Дагестане (да и в Москве).
Ситуация патовая и она выходит на уровень решений Кремля. Напомню написанный выше тезис – Путин уже «царь». А царю пишут челобитные. То есть идеальным выходом для российского президента является ситуация, когда обе стороны обратились к нему за защитой. В таком случае он может выступить неким арбитром в споре.
Есть две альтернативы такому сценарию:
- К Путину обращается лишь одна из сторон. В таком случае он вынужден будет с заставить высказаться другую (например, вызвать к себе). Но варианты компромисса при этом ограничены – челобитная ведь одна и реагировать надо на неё. Проще говоря покарать «обидчика»
- Обе стороны поднимают ставки не обращаясь к Путину. В таком случае придётся прибегать к тактике «покарания обоих». В таком случае сделка о слиянии Wildberries и Russ, вероятнее всего разваливается. А вместо Керимова в партнёры Татьяне Бакальчук могут предложить других партнёров. Из наиболее вероятных это структуры Сбера либо VK (как контролирующие интернет) либо Алишера Усманова, который ранее занимался вопросами, связанными с развитием онлайн-площадок и онлайн-торговли. Но тут необходимо решение Путина.
Если же решения не последует, будут следующие шаги сторон противостояния на которые Путину реагировать придётся. Но уже в формате «покарания обоих» (это описывал с своём посте Вадим Денисенко на примере конфликтов Сечина и Улюкаева) либо выбрав одну жертву для публичной порки, что автоматически приведёт к переделу влияния на Северном Кавказе. Кадыров рассчитывает на последнее и на то, что «пороть» будут не его.
Читайте також:
- Кровная месть Кадырова. Что это значит для российских элит
- «Меня заказали»: Кадыров заявил, что его хотят убить и объявил кровную месть
- The Times: Вероятная смерть Кадырова может вовлечь Путина в новую войну
