Готова ли Украина к возвращению беженцев?

Украина займет первое место в мире по смертности населения, первое место по выезду людей из страны и последнее место по рождаемости. Это свежие данные, которые предоставляет ЦРУ. Мир реагирует на демографический кризис в Украине, ставший результатом российской агрессии.

А что же украинская власть? Занимается пиаром. Объявила о создании Министерства возвращения украинцев. Похоже, что это сделали разве что для галочки, чтобы произнести правильные лозунги. Прошло две недели, но нет ни концепции нового ведомства, ни стратегии государственной политики. Они до сих пор торгуются, кто станет министром.

А между тем, как я и предупреждал раньше, ситуация с демографией только усугубляется. Власти умножают некомпетентные решения и вместо возвращаться – украинцы еще больше уезжают. Есть минус 400 тысяч с начала этого года.

Но ситуацию можно стабилизировать. Мы должны не допустить превращения демографического кризиса в демографическую катастрофу. У меня есть набор конкретных предложений, идей и инструментов, которые выписал в законопроекте «Об основах государственной демографической политики». Он зарегистрирован в парламенте, но власти не спешат его принимать.

Обезлюденная Украина – это стратегическая цель Путина.

Ему не удается победить нас на фронте, поэтому Москва надеется сделать нашу нацию хилой, наше государство – слабым, а нашу экономику – нищим в будущем.

Летом я опубликовал два фильма – о проблемах беженцев за границей и внутренних переселенцев в Украине. Большинство ошибок можно было бы избежать, если бы власть имела стратегию преодоления демографического кризиса. Прогнозирую, это будет главный вызов послевоенной Украины.

Зато принятые недавно решения лишь усугубили ситуацию. К сотням тысяч детей, уже находящихся за границей, этим летом присоединились новые – преимущественно подростки 16-17 лет.

Это первые последствия необдуманной и хаотической мобилизации, очень часто с вопиющими нарушениями закона и правил.

Развернутый материал этой проблеме посвятило издание BBC. Журналисты рассказали историю 17-летнего Яна Турета из Киева. У него врожденное нейропсихическое заболевание, но ВЛК сочла Яна ограниченно пригодным. Мать не согласилась с таким выводом и вывезла парня в Словакию, пока ему не исполнилось 18 лет.

И это не какой-то эксцесс, а системная проблема, о которой трусливо молчит наша власть, но на нее уже обращают внимание наши западные соседи.

Так, по данным польского Министерства образования, с начала 2024 года в Польше стало на 10 тысяч больше детей. И практически все они в возрасте 16-17 лет.

Русские знают о таких страхах родителей и активно используют их в своих ИПСО. Не так давно появилось письмо якобы от Министерства образования, с требованием к школам предоставить всю информацию о ребятах 2008 года рождения. Очень быстро выяснилось, что это фейк, и никто не собирается мобилизовывать подростков. Но в условиях недоверия к действиям власти, не раз пренебрегавшей интересами своих граждан, кто-то поверил лжи и быстро вывез своего ребенка.

Профильное министерство, которое я предлагаю создать, будет заниматься также стратегическими коммуникациями с уязвимыми демографическими группами.

Сегодня каждое ведомство придумывает что-то свое, украинцы растеряны, не знают, кому верить. В будущем же все решения, мало-мальски касающиеся демографического кризиса, должны пройти экспертизу профильного министерства.

Не может быть такого, что правительство принимает решение о строительстве габионов – дополнительной защиты школ – но средств на это не предусматривает. То есть, де-факто заставляет общины закрывать школы, а детей – выезжать за границу.

Только через обнародование мы можем привлекать внимание к проблеме. В частности, после огласки моего фильма об ужасной ситуации с жильем для беженцев, правительство наконец начало разрабатывать механизм субсидии для аренды жилья ВПЛ. Он должен заработать до конца года. Но все это – тушение пожара. Нам же, на третьем году войны, наконец-то пора перейти к стратегии. Переселенцы и их проблемы никуда не исчезнут и в послевоенной Украине. Напротив, их станет только больше.

Последнее заявление Олафа Шольца свидетельствует о том, что «медовый месяц» для украинцев в Евросоюзе подходит к концу. Канцлер сказал, что сейчас работает только 200 тысяч украинцев и это очень мало, он хочет, чтобы было больше.

В Германии социальная помощь для украинцев со статусом временной защиты – одна из самых высоких в Европе – около 500 евро на взрослого. А еще – почти бесплатная, но очень качественная медицина. Высокие выплаты и сложные требования к подтверждению украинского диплома – причина того, что в Германии работает только 20% украинцев. Это один из самых низких показателей в ЕС.

После последних местных выборов, продемонстрировавших рост крайне правых в Саксонии и Тюрингии, на немецкие власти началось политическое давление, с требованием ограничить количество беженцев. Министерство внутренних дел ФРГ уже заявило, что страна исчерпала свои возможности принимать беглецов.

Украинцев в Германии не могут лишить права коллективной временной защиты, принятой всем Евросоюзом, но будут ограничивать щедрые выплаты.

Министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский призывает Евросоюз последовать примеру Варшавы и не платить беженцам социальную помощь, чтобы они, в частности, становились в ряды ВСУ.

Целый ряд ограничений уже вступил в действие: Эстония прекратила платить компенсацию за аренду жилья тем беженцам, которые находятся в стране более года, Венгрия с августа оплачивает жильё жителям только 13 областей Украины, которые признали пострадавшими от войны. Все эти факты свидетельствуют о тенденции: за границей останутся только те, кто выучил языки и нашел работу. Остальные – вернутся домой. А теперь главный вопрос: будет ли Украина готова их принять?

Если власти просто создадут министерство с хорошей вывеской, чтобы понравиться избирателям, то нет – мы не будем готовы к возвращению наших людей.

Нам требуется комплексный подход. Поэтому в своем законопроекте я предполагаю создание не только Министерства демографии и диаспоры, но и Фонда восстановления демографического потенциала. Что это такое? Зачем создавать еще одну структуру?

Министерство сравнимо с мозгом, где анализируются проблемы и предлагается их решение. А Фонд – это оператор их решения. Именно через него реализуются уже конкретные шаги и программы.

Лучшим способом есть разного вида целевые гранты, ведь они предусматривают открытость и честную конкуренцию. Следовательно, убираются коррупционные риски.

Конечно, украинцы часто задают вопрос: где взять деньги на это все? Министерство не требует каких-то колоссальных ресурсов – их можно получить, если грамотно перераспределить в рамках уже существующих ведомств.

Для проектов, которыми будет заниматься Фонд, государство в любом случае должно найти деньги, потому что это строительство доступного жилья для ВПЛ, социальные кредиты для молодежи, преодоление безработицы и переквалификация, образовательные инициативы. Источником финансирования станут правительственные программы, государственно-частное партнерство, средства западных правительств и международных организаций.

Страны ЕС когда-то активно помогали решить проблемы беженцев после войн в Азербайджане, Грузии, Молдове, Хорватии. Этим странам удалось стабилизировать демографическую ситуацию, хотя материальная помощь, которую они получали от Запада, была намного меньше, чем та, которую сейчас получает Украина.

Кроме того, не будем забывать об арестованных российских активах. Проценты из них должны уйти на восстановление страны. А люди – это главный ресурс, именно в него нужно уложиться больше всего.

Однако для этого должно быть главное: стратегическое понимание властью как конечной цели, так и промежуточных этапов. Поэтому в своем проекте закона я предлагаю принять три базовых документа: