Швейцарское заявление Путина, Северная Корея и «плато» экономических отношений Россия – Пекин.
Несколько замечаний по теме геополитики и ее интерпретации у нас.
1. Есть несколько вещей, которые уже частично можно складывать в пазл «экономика РФ». Согласно данным российского минфина, субсидии нефтеперерабатывающей отрасли уже сейчас составляют 1.7% ВВП. Проще говоря, отрасль из донора бюджета становится реципиентом бюджета.
Второй аспект, который важно отслеживать, но, несмотря на рекордные поставки нефти в Поднебесную, торговое сальдо Россия – Китай направляется к минусовой (!) отметке. Но один из важных выводов: торговая модель нефть в обмен на автомобили и оборудование + невмешательство в войну становится если не убыточной, то низкомаржинальной для РФ.
2. Совершенно незамеченной прошла, де-факто, передача части российской территории Китая, которая позволила получить Пекину прямой доступ к Японскому морю через реку Туманная, где проходит российско-корейская граница. Китай получил прямой доступ к этому проходу без особых ограничений, и это, судя по всему, оплата счетов, выставленных Путину во время визита в Пекин.
Мы должны понять одну важную вещь: Путину отступать почти некуда: дальше передача территорий для инфраструктурных проектов Китая на северном морском пути. Обратите внимание, что все это происходит на фоне санкций США против Новатека и его возможностей по строительству танкеров для СПГ (эти санкции у нас практически не заметили).
3. Заявление Путина о его мирном плане, как я уже писал, – это обрубка путей для отступления ему самому и его окружению. Но важно отметить, что главный реципиент этого заявления – Пекин, который хочет сыграть в миротворца. Путин донес прежде всего Си, что его красная линия и единственная возможность оставаться субъектным – это продолжение войны.
Путин понимает, что Пекин не готов к резким шагам по уменьшению закупок российского сырья, в то же время главная задача, которую поставил перед собой Путин – насыщение ВПК новыми станками во многом выполнено. Поэтому у него есть люфт во времени.
4. На что этот люфт попытается использовать? Прежде всего, на создание сложных систем противовесов, где у него будут точки влияния на КНР через третьи страны. Именно поэтому Россия так активна в Африке. И именно с этим связан визит Путина в Северную Корею. Это все неочевидные шаги, но это вопрос выживания режима Путина.
5. Путин понимает, что его главная задача не допустить договоренностей Китай-США до выборов в Штатах (вероятность такой договоренности невелика, но все же существует). Параллельно, если никакого соглашения не будет, у него точно есть время до начала следующего года. За это время ему нужно выстроить модель отношений с Китаем, которая будет предусматривать пролонгирование статус-кво хотя бы на год. Его единственная стратегия на сегодня – тянуть время.
Это нужно понять нам и думать, что можно сделать в условных Вьетнаме, Лаосе или Камбодже, чтобы ломать планы Путина. И это гораздо труднее, чем просто заявлять, что диктатуры ищут себе подобных.
Читайте также: Цугцванг Путина. Санкции давят, союзники отворачиваются
