Для того, чтобы объединяться, требуется общее понимание того, чего мы хотим. Для меня и моих сторонников объединение с теми, кто продолжает страдать по поводу гибели «наших мальчиков», невозможно. Россия является агрессором, и помощь Украине в любом виде, включая военную, – приоритет для тех, кто хочет освобождения нашей страны от путинского тоталитаризма. Те, кто считает, что нам нужно придерживаться «взвешенной позиции», потому что «когда-нибудь на выборах мы будем обращаться к российским избирателям», нашими союзниками не являются.
То, что Запад до сих пор не готов признать необходимость смены путинского режима единственным условием для прекращения войны и трансформации России, – отчасти результат деятельности тех, кто продолжает сидеть на западных грантах и рассказывать, что надо найти какой-то промежуточный вариант. Один из ключевых тезисов этих людей, мол, это не война России, а война Путина, не выдерживает никакой критики.
Они утверждают, что работают в России с российским населением, но это откровенная ложь, необходимая для получения западных грантов, поскольку никакой работы в России сейчас быть не может. Население в большинстве своем либо поддерживает войну, либо с ней смирилось. Никакого сопротивления нет, и никакая деятельность внутри страны не приведет к протесту.
Протест начнется, когда Россия разгромно проиграет войну. Ничего другого, кроме украинского флага в Севастополе, не послужит триггером для перемен. Все, кто говорит обратное, лукавят, а по большому счету – лгут, исходя из личных интересов.
Читайте також:
- Владислав Иноземцев: Проблема не в том, рухнет российская экономика или нет, а в том, кто рухнет раньше – она или вы
- Ефим Фиштейн: Байден делал все, чтобы Украина не победила, а Россия не проиграла. Трамп решит эту проблему
