Путин в очередной раз клянется и божится, что мобилизации не будет. По нему видно, что он действительно страшно не хочет проводить новую волну мобилизации и надеется ее избежать.
Объявить о мобилизации для него означает расписаться в собственной слабости и неудаче. Этого он боится больше всего. А еще он боится перехода к тотальной войне.
Мобилизованной нации нужен пассионарный, харизматичный, смелый вождь, мотивирующий на самопожертвование. А Путин – старый, ленивый соплежуй, трусливый и нерешительный сибарит. Он понимает, что не справится с новой ролью. И тогда верхушка может призвать другого лидера, который так или иначе сможет закончить зашедшую в тупик войну.
С самого начала Путин обещал правящей элите и населению, что им война ничем не угрожает – так фоном идет по телевизору. Первая волна мобилизации сильно тряхнула стабильность режим. Вторая – для него будет еще опаснее. Ее уже не спишешь на временные проблемы начала войны.
Победить теми силами, которыми ведет войну, Путин очевидно не может. А вести тотальную войну он, как я писал выше, ментально не в состоянии. Поэтому он надеется на русское авось – авось как-то само рассосется: Запад откажется от поддержки Украины или украинцы сами запросят о пощаде. Однако ничего этого не будет. И чем дальше, тем это очевиднее.
Многие спрашивают: каким будет поражение Путина, реально ли оно в принципе? А оно может быть совсем не за горами. Неизбежное вынужденное решение о мобилизации – уже его поражение. Оно может стать началом распада режима.
