Официальных сообщений от Генерального штаба и других Сил обороны Украины относительно событий в Херсонской области нет. Думаю, что общегосударственная политика сейчас такова: нужно соблюдать информационную тишину для того, чтобы не нанаражать на смертельную опасность наших военнослужащих.
Что можно рассказать для общего понимания и что не является военной тайной? Сейчас украинские Силы обороны используют тактику "жабьих прыжков". Это когда в течение длительного времени наши войска работают высокоточной артиллерией 155 калибра, реактивными системами залпового огня класса HIMARS или их аналогами. С помощью этой боевой работы украинская армия уничтожает вражеские склады с боеприпасами, с техникой, казармы, где размещается личный состав противника, командные пункты и пункты принятия решений на временно оккупированных территориях.
Когда все это уничтожается, украинское войско совершает резкий шаг вперед – некий прыжок, и перемещается на новые позиции, где благодаря работе артиллерии враг был уничтожен.
Кроме того, уничтожаются мосты, эстакады, понтонно-мостовые переправы, чтобы максимально замедлить логистику российских оккупантов. Чтобы агрессор мог выполнять боевые задачи, ему нужно горючее, "солярка" и снаряды. К тому же, по оценке некоторых экспертов, на правом берегу Днепра, в нижнем течении в районе Херсона находится 20-25 батальонных тактических групп.
У россиян, конечно, были определенные планы атаковать Николаев или двинуться в сторону Кривого Рога, или, возможно, вдоль Днепра в сторону Никополя и в направлении Запорожья. То есть могли быть разные варианты применения этой армады. Но фактически они сейчас все сосредоточены на правом берегу Днепра. Мосты через Днепр довольно существенно повреждены. С одной стороны украинские Силы обороны наносят ракетные удары по четырем мостам, а россияне, со своей стороны, силами инженерно-саперных подразделений пытаются их быстро восстановить.
Кроме того, оккупанты активно использовали понтонно-мостовые переправы. Причем они фактически прибегали к военному преступлению: местами они одновременно загоняли на понтон и гражданские машины, и собственную боевую технику. То есть под прикрытием гражданского автотранспорта перемещались с левого на правый берег. Наши войска не могли наносить ракетные поражения по этим переправам, поскольку могут погибнуть мирные жители. Украинские артиллеристы уничтожают те понтонные переправы, которые используются противником сугубо по военному назначению.
Сейчас ситуация такова: наши войска не начали контрнаступление, они продолжают мероприятия контрнаступательного характера в рамках тактики "жабьих прыжков". Соответственно, происходит определенное движение.
На каких участках фронта? Какими силами и средствами? На какое расстояние наши части и подразделения прошли вперед в рамках контрнаступательных мероприятий? Это сейчас никто не скажет, потому что любая информация, которая предварительно не обнародована украинским Генеральным штабом – это информация, которая может подвергать смертельной опасности наших военнослужащих.
Ситуация там достаточно динамичная и достаточно странная в плане перспектив и развития. Ведь враг разместил на южном фланге российско-украинского фронта до 50 батальонных тактических групп. Задействовать их всех в полном объеме у них нет возможности из-за поврежденных мостов. Их пропускная способность снизилась до минимума.
Но есть еще некий третий армейский корпус – это корпус стратегического резерва генерального штаба вооруженных сил РФ. Часть его подразделений уже разгрузилась в Ростовской области и движется ближе к границам с Украиной. Доподлинно неизвестно, куда именно россияне будут направлять эти подразделения. Возможно, под Донецк, чтобы реализовать задачу Путина по выходу на админграницы Донецкой области. Возможно, они двинутся в направление на Запорожье. Возможно, на Херсон и Новую Каховку, чтобы усилить боевые возможности российских оккупантов, которые действуют на этом участке фронта.
У этого армейского корпуса только боевых машин и автомобильного транспорта, в том числе сверхсовременных танков Т-90, почти 4 тысячи единиц. Их нужно перевезти железнодорожным транспортом, разгрузить, заправить топливом. Все это требует логистики, ресурсов и времени.
Этот корпус насчитывает 11,5-12 тысяч военных. Это при штатной численности такого объединения 15 тысяч, то есть этот третий корпус недоукомплектован. Хотя его в течение двух месяцев формировали, а людей собирали фактически со всей Российской Федерации. Он был создан в районе населенного пункта Мулино Нижегородской области.
После неудач в северных областях в российском генштабе поняли, что тех сил и средств, которые есть в их армии, недостаточно для выполнения их задач – оккупации всей территории Украины. Поэтому они приняли решение о формировании четырех корпусов стратегического резерва, потому что в России есть четыре военных округа: западный, восточный, южный и центральный. Они не смогли создать сразу четыре корпуса, потому что нет человеческих и организационных ресурсов. Поэтому они сделали только один корпус – этот третий.
Там в основном бывшие участники проекта БАРС, мужчины в возрасте 45+ лет, которые хотят воевать, но не имеют навыков. Плюс есть маргиналы-патриоты, которые, заключив контракт на три месяца, хотят заработать по 200 тысяч рублей. Хотя они даже не догадываются, что в течение первых двух недель боев они погибнут и вернутся в пакете. Или же семье просто скажут, что он пропал без вести, чтобы не дать выплат. Кроме того, там есть выпускники – лейтенанты военных вузов и некоторые бойцы из частных военных компаний.
Учитывая то, что времени на подготовку было не много и некоторые подразделения являются некомплектными, вести речь о серьезной боевой подготовке и боевом слаживании этих подразделений невозможно.
Всего на территории нашей страны без учета этого третьего армейского корпуса действует 115 батальонных тактических групп. Из них примерно 50 БТГр находится на южном фланге – от района Херсона до Угледара.
